?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Русскоязычные страницы движения Ларуша Previous Previous Next Next
Рецензия на фильм "Игра на понижение" - Часть 2 - rachel_douglas
rachel_douglas
rachel_douglas
Рецензия на фильм "Игра на понижение" - Часть 2

Рецензия на фильм «Игра на понижение»

Всё, что случилось с нами, лишь пролог

Начало


Подлинные творцы «игры на понижение»Goldman Sachs и компания

И в фильме, и в книге Льюиса подчёркнута роль Майкла Бэрри (Кристиан Бейл), Грега Липпманна (Райан Гослинг), Стива Айсмана (Стив Кэрелл) и их сообщников в «обнаружении» порока ипотечного пузыря и в игре против него. Это не так. Все трое начали участвовать в этой деятельности на раннем этапе и учуяли проблему, но они были всего лишь винтиками механизма, основа которого банковский синдикат Уолл-стрит.

Основной вопрос, который задавали Айсман и Бэрри,«кто, будучи в здравом уме», играет на повышение? Кто ставит на то, что пузырь будет раздуваться бесконечно и сможет покрыть все ставки по деривативам? Льюис в конце концов выяснил: таким игроком был ни кто иной как American International Group, AIG гигантская страховая компания. Этот факт не подчёркнут и подробно не рассматривается в фильме, поэтому зрители остаются в неведении.

Айсман, Бэрри, Липпманн и другие были не единственными гениями, сообразившими, в чем дело. Как документально подтвердили многие расследователи, в том числе колумнист New York Times Гретхен Моргенсон (Gretchen Morgenson), Дженет Таваколи, подкомитет Сената США по расследованиям и образованная Конгрессом Комиссия по расследованию финансового кризиса (Financial Crisis Inquiry Commission, FCIC), основные игроки Уолл-стрит, включая Goldman Sachs, Deutsche Bank, Morgan Stanley и их пешку AIG, были в числе инициаторов игры на понижение против жилищного рынка.

При председателе совета директоров Goldman Sachs Генри Полсоне (Henry Paulson), который позже стал министром финансов, банк «с 2004 по 2006 гг. предоставил миллиарды долларов в виде кредитов ипотечным кредиторам; основная часть денег ушла компаниям, выдававшим высокорискованные кредиты,Ameriquest, Long Beach, Fremont, New Century и Countrywide через бридж-финансирование, часто в форме репо. С 2004 по 2006 гг. Goldman выпустил 318 секьюритизированных ипотечных ценных бумаг на общую сумму 184 млрд долл. (около четверти были низкокачественными) и 63 облигации, обеспеченные долговыми обязательствами (collateralized debt obligations, CDO пакеты ипотечных ценных бумаг) на общую сумму 32 млрд долл. Кроме того, в 2004-2006 гг. Goldman Sachs выпустил 22 синтетических, или гибридных, CDO номинальной стоимостью 35 млрд долл.» (доклад Комиссии по расследованию финансового кризиса, стр. 142).

Как показано в фильме, синтетические CDO были сделками на бумаге, включавшие кредитные дефолтные свопы (credit default swap, CDS), а не реальные ипотечные кредиты или ипотечные ценные бумаг. Поэтому они просто были референсными для различных кредитных инструментов и представляли собой ставки на то, будут или не будут погашаться ипотечные кредиты. Игра на повышение означала ставку на продолжение выплат по облигациям, игра на понижение на то, что по облигациям в конце концов будет допущен дефолт, в результате чего игравший на понижение спекулянт получит огромные деньги. Игрок регулярно выплачивал небольшую премию игравшему на повышение (держателю длинной позиции), но длинная позиция приносила большие деньги в случае дефолта по облигации или значительного понижения ее стоимости. Синтетические CDO были референсными ценными бумагами для одних и тех же CDS и MBS много раз. Например, Goldman Sachs использовал одну низкокачественную ипотечную облигацию стоимостью 38 млн долл. в качестве референсной облигации больше чем для 30 синтетических CDO! (Таваколи, стр. 48). Целью этого было создание как можно большего числа ставок, и в случае успешной игры на понижение выплата увеличивалась многократно!

Goldman и другие увидели приближение краха тогда же, когда Бэрри, Айсман и Липпманн. Начиная с 2004 г. Goldman выпустил серию синтетических CDO под названием Abacus и к 2008 г. провел 25 сделок с Abacus. Эти облигации содержали почти ничего не стоящие MBS, обеспеченные проблемными высокорискованными ипотечными кредитами, которые Goldman нарочно включил в свои облигации. Одновременно Goldman стал играть на понижение. То есть он знал, что облигации рухнут, и продавал их своим лучшим клиентам как бумаги с рейтингом «три А», но в то же время для фирмы играл на понижение. Это и было Большой-большой игрой на понижение.

Согласно FCIC, с 2004 по 2007 г. Goldman «упаковал» и продал 47 синтетических CDO, общая номинальная стоимость которых составляла 66 млрд долл. Он заключал сделки и брал до 1,5% с каждого пакета (доклад FCIC, стр. 145). Он играл на понижение и наживался, как бандит, которым и был. Кто оказался в убытке? Как писала Гретхен Моргенсон, «по словам бывших сотрудников Goldman, занимавшихся непосредственно такими сделками, пенсионные фонды и страховые компании потеряли миллиарды долларов на ценных бумагах, которые считали надёжными инвестициями …».

«Одновременная продажа ценных бумаг клиентам и игра на понижение против них из-за того, что, по их мнению, по ним будет допущен дефолт,самое циничное использование кредитной информации, которое я когда-либо видел,заявил Силвейн Рейнс, специалист по структурированным финансам из нью-йоркской компании R and R Consulting. Когда вы покупаете [страховую] защиту от события, к возникновению которого приложили руку, то покупаете страховку от пожара чьего-то дома, а потом поджигаете его» (Morgenson, NYT 23 декабря 2009 г.).

Кассой в этой операции была AIG. По данным доклада FCIC (стр. 139), в 2004 г. AIG была крупнейшей страховой компанией в мире: активы объёмом 850 млрд долл., 116 тыс. сотрудников по всему миру и 223 дочерних структуры. Кроме того, у нее был максимальный кредитный рейтинг «ААА». Она могла привлекать дешёвые заимствования и помещать средства в любую выгодную инвестицию, которую находила. С отменой Закона Гласса — Стиголла в 1999 г. и положения Закона о банковской холдинговой компании, запрещавшего страховым компаниям участвовать в сомнительных операциях с ценными бумагами AIG стала контрагентом и источником финансирования всей схемы.

Основным клиентом был Goldman Sachs, но за финансированием операций с деривативами к AIG обращались многие фирмы с Уолл-стрит. Штаб-квартирой операции стала зарегистрированная в Коннектикуте AIG Financial Products. Это подразделение выпускало кредитные дефолтные свопы, гарантируя долговые обязательства крупных финансовых институтов как в Европе, так и в США. На пике деятельности портфель внебиржевых деривативов AIG составлял 2,7 трлн. долл.

AIG FP была основана в 1987 г. бывшими сотрудниками департамента облигаций Майкла Милкена в фирме Drexel Burnham. Милкен, один из виновников обвала рынка в 1987 г., был создателем высокодоходных «мусорных» облигаций сегодняшних проблемных активов. Его посадили в тюрьму за мошенничество с ценными бумагами в 1990 г. В книге Льюис даёт портрет главы AIG FP Джо Кассано (Joe Cassano), который выдавал разрешение на все выпускаемые AIG кредитные дефолтные свопы, не задавая вопросов. Кассано должен был страховать плохие бумаги, грести деньги для AIG и обеспечивать защиту для самых вопиющих сделок. К сожалению, эта часть общей картины не вошла в фильм.

Согласно докладу FCIC, «крупнейшим клиентом AIG в этом бизнесе всегда был Goldman Sachs, и он постоянно был основным андеррайтером CDO. Кроме того, AIG оформляла страховую защиту на миллиарды долларов для Merrill Lynch, Societe Generale и других фирм…». В 2004-2005 гг. AIG продала защиту по сверхприоритетным траншам CDO стоимостью 54 млрд долл. (в 2003 г. на 2 млрд долл.). В интервью с FCIC один из руководителей AIG охарактеризовал Алана Фроста, отвечавшего в AIG FF за продажу свопов, как «золотого гуся для всей Уолл-стрит» (FCIC, стр. 140).

Как указано в докладе FCIC, AIG создала CDS, «страхующие» все классы активов, в том числе MBS и CDO. Ее бизнес в этих направлениях вырос с 20 млрд долл. в 2002 г. до 533 млрд долл. в 2007 г. Всё это сделала AIG FP, которая не предоставляла никакого обеспечения, оформляя договоры!! В результате 180 млрд долл. средств налогоплательщиков были использованы для финансовой помощи AIG в 2008 г., когда эти ставки в игре рухнули. Goldman и его дружки генерировали инструменты, играли на понижение и заставили AIG играть на повышение и опять никаких вопросов не задавали.

Goldman Sachs был не единственным игроком. Deutsche Bank, пронюхав об игре Goldman на понижение, ринулся в игру на всех парах. И кто же был основным трейдером, которого Deutsche Bank использовал для игры на понижение? Грег Липпманн. Как описывает в своей книге Льюис, Липпманну дилеру облигаций в Deutsche Bank работодатель приказал выкупить кредитные дефолтные свопы у собственного департамента CDO Deutsche Bank! Поэтому портрет Липпманна в фильме не очень точен. Липпманн был блестящим и жёстким трейдером, но Deutsche Bank приказал ему повторять игру Goldman Sachs на понижение.

Deutsche Bank играл видную роль. Он не только сам делал крупные ставки на понижение, но и манипулировал системой, создав механизм выплат по мере наступления страховых событий (“Pay as You Go”), чтобы ускорить выплаты по дефолтным CDO Deutsche Bank и другим игрокам. Morgan Stanley тоже вёл крупную игру против CDO. Он придумал механизм, описанный Моргенсон: игроки на понижение могли делать очень низкие ставки на ипотеку за пределами срока обращения облигаций и получать выплаты долгое время после дефолта по облигациям!


И еще раз о Законе Гласса — Стиголла

Всё это было бы незаконным, если бы не был отменён Закон Гласса — Стиголла и не был принят Закон о модернизации товарных фьючерсных контрактов. Результатом стал самый глубокий кризис после 1929 г. За своё участие в большой игре на понижение его виновники должны были бы пойти в тюрьму, прежде всего Ллойд Бланкфейн из Goldman, Кассано и другие из AIG, д-р Джозеф Аккерман из Deutsche Bank и остальные.

Как было потребовано в ходе слушаний под председательством сенатора Карла Левина в 2011 г., банку Goldman Sachs должно было быть предъявлено обвинение в совершении уголовного преступления за «введение в заблуждение общества, введение в заблуждение своих клиентов, ложь Конгрессу».

Конечно, ничего этого не произошло. Мы сегодня в разгаре похожего, но гораздо худшего кризиса. Крупные пузыри деривативов сохраняются, такая же грязная игра с деньгами вкладчиков продолжается на этот раз в виде спекуляции сырьевыми товарами, «мусорных» облигаций, обязательств, обеспеченных залогом кредитных активов, и в других формах финансового мошенничества. К чести фильма «Игра на понижение» следует сказать: в финале он совершенно правильно предупреждает именно о таком наступающем крахе и призывает «разукрупнить мегабанки».

Как подчеркивали Линдон Ларуш и журнал Executive Intelligence Review, мы должны вернуться к политике, которая привела страну к вершине мощи в сельском хозяйстве и промышленности и к культурному оптимизму. Она начинается с немедленного восстановления Закона Гласса — Стиголла, чтобы раз и навсегда положить конец кабале Уолл-стрит, и продолжается созданием национального кредитного банка гамильтоновского типа для финансирования многотриллионных проектов развития инфраструктуры и науки как двигателя экономики.


Перевод с английского М.В. Бурковой. Статья опубликована на английском языке в еженедельнике Совета граждан-избирателей Австралии “Australian Alert Service” от 13 января 2016 года.


www.larouchepub.com/russian

Tags: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Leave a comment