Category: общество

Fala

Закон Гласса — Стиголла теперь не остановить?

На фоне кризиса вокруг «Дойче Банка» и дебатов в России на тему денежной эмиссии принцип разделения видов банковской деятельности (Закон Гласса Стиголла) важен, как никогда. О нём писали мои коллеги по Шиллеровскому институту Ульф Сандмарк и Хуссейн Аскари в меморандуме «Проект Феникс: тезисы для обсуждения восстановления Сирии» (2015 г.), подчёркивая цель восстановления закона Гласса Стиголла «чтобы кредиты не возвращались в спекулятивные схемы или пирамиды, как это происходит сегодня в банках на глобализованных западных финансовых рынках». Об этом же говорил и Михаил Хазин в комментарии от 26 мая для Stroitelstvo.ru, отстаивая предложения Сергея Глазьева и Столыпинского клуба о создании кредита и отвергая обвинения в том, что они сводятся к простому «запуску печатного станка»: «Если мы не хотим, чтобы у нас инвестиционные рубли шли на валютный рынок, мы должны ограничить валютообменные операции. Для кого их следует ограничить? Нужно ввести аналог закона Гласса Стиголла и запретить банкам заниматься валютными операциями. Банк должен кредитовать реальный сектор».

Как это ни удивительно, обе главные американские политические партии упоминали в своих партийных платформах о целесообразности возвращения к закона Гласса — Стиголла. Об этом статья ниже.


Закон Гласса — Стиголла теперь не остановить?

25 июля 2016 (EIRNS) — В ходе съезда Республиканской партии США, проходившего в Кливленде с 18 июля, СМИ — выразители интересов Уолл-стрит дружно ахнули, столкнувшись с фактом, которого они не предвидели: поддержка восстановления закона Гласса — Стиголла от 1933 г., предусматривавшем разделение коммерческих и инвестиционных банков для защиты банковского кредитования от спекулятивных операций во время Великой депрессии, была включена в качестве одного из основных положений в разработанную партией платформу 2016 г. Закон Гласса — Стиголла был отменен законом Грэмма — Лича — Блайли (Gramm-Leach-Bliley Act) от 1999 г., который впервые за 66 лет разрешил коммерческим банкам объединиться с инвестиционными банками и страховыми компаниями. После отмены закона Гласса — Стиголла банки Уолл-стрит и Лондона ринулись в игру на финансовых рынках, что привело к крупнейшему финансовому обвалу со времен Великой депрессии — мировому финансовому кризису 2007-2008 гг.

Демократы с Уолл-стрит и радикальные республиканцы — сторонники свободного рынка продолжали игру со средствами вкладчиков даже после краха 2008 г. Но сегодня обе крупные политические партии подчинились требованиям своих избирателей и выступили за возврат закона Гласса — Стиголла. Честно говоря, платформы основных партий обычно становятся никчемными бумажками, о которых забывают сразу же после их утверждения партийными съездами. Но сегодняшние обстоятельства необычны.

Крупные американские и европейские банки находятся еще в худшем положении, чем в 2008 г. Тогда протест против масштабной программы спасения крупных банков, объем которой в конечном счете достиг 23,7 трлн. долл., был сдержанным, поскольку лидеры обеих партий согласились с паническими возгласами «Всё пропало!» министров финансов Хэнка Полсона (Hank Paulson) (в администрации Джорджа Буша) и Тима Гайтнера (Tim Geithner) (в администрации Барака Обамы, вступил в должность в январе 2009 г.), а также председателя Федеральной резервной системы Бена Бернанке (Ben Bernanke), и стали претворять в жизнь схему финансового спасения Уолл-стрит.

Сегодня американцы осознали: спасение Уолл-стрит сделало их жизнь более убогой. Они потеряли работу, а если смогли найти новую, то ниже оплачиваемую и менее надежную. Указанный в государственной отчетности уровень экономической активности населения снизился с 65,7% в 2009 г. до 62,7% в настоящее время. Причина не в уходе на пенсию «бэби-бумеров», многие из которых не могут себе позволить уйти на покой, поскольку нулевые процентные ставки, низкие зарплаты и рушащиеся пенсионные программы лишили их устойчивого финансового положения, необходимого для того, чтобы перестать работать. Все больше и больше взрослых людей трудоспособного возраста не учитываются в составе рабочей силы из-за хронической безработицы («отчаявшиеся работники») или из-за того, что так ни разу и не нашли работу.

Включить вопрос о законе Гласса — Стиголла в партийную программу у республиканцев требовали как раз сторонники кандидата в президенты Дональда Трампа. Силы семейства Бушей, потерпевшие сокрушительное поражение, когда во время первичных партийных выборов республиканцев Трамп катком прошёлся по Джебу Бушу, бывшему губернатору Флориды и брату президента Джорджа Буша, не смогли предотвратить включение вопроса о законе Гласса — Стиголла в политическую платформу.

Комитет по разработке платформы Демократической партии принял положение о восстановлении закона Гласса — Стиголла за несколько недель до открытия съезда 25 июля. Возврат к закону Гласса — Стиголла поддержали делегаты — сторонники Хилари Клинтон (несмотря на ее собственные высказывания против него), а также те, кто поддерживал ее проигравшего первичные выборы противника, сенатора Берни Сандерса (Bernie Sanders). На самом деле председатель Комитета по разработке платформы член Палаты представителей Элайджа Каммингс (Elijah Cummings), представитель демократов от штата Мэриленд и лидер «Черного совещания» в Конгрессе, является непреклонным сторонником Хилари Клинтон, но вместе с тем давно выступает и в поддержку закона Гласса — Стиголла.

Лобби Уолл-стрит давно ведет войну даже с малейшими намеками на действия по восстановлению закона Гласса — Стиголла. В 2013 г. группа высокопоставленных лоббистов из Ассоциации американских банкиров — лоббистов системообразующих банков — нагрянула в Атланту (штат Джорджия), чтобы не дать Национальной конференции законодательных собраний штатов (National Conference of State Legislators) принять резолюцию в поддержку закона Гласса — Стиголла после того, как 20 законодательных собраний штатов приняли постановления в поддержку принятия Конгрессом возрожденной редакции этого закона. В 2013 г. Председатель Правления JPMorgan Chase Джейми Даймон (Jamie Dimon) во время встречи с губернатором Техаса Риком Перри (Rick Perry) пригрозил закрыть в Техасе все отделения JPMorgan Chase, ликвидировав 30 000 рабочих мест, если губернатор не выступит против восстановления закона Гласса — Стиголла.

Эта мафиозная позиция подействовала на многих выборных должностных лиц. Но не произвела впечатления на американский народ, и на первичных выборах 2016 г. большинство избирателей отдали голоса за Сандерса или Трампа. При всех различиях сторонников этих двух кандидатов они все донесли одну идею: власть Уолл-стрит в Вашингтоне должна закончиться.

В США, как и в Великобритании во время голосования о выходе из ЕС, манипулирование политическим процессом со стороны Уолл-стрит и лондонского Сити при помощи огромных денежных сумм больше не гарантирует результатов, которые они хотят получить. Это революционный момент в американской политике. И всё же совершенно нет гарантий того, что найдены лидеры, соответствующие настоящему моменту. Неопределенность в отношении результатов выборов сохраняется.

Один проницательный государственный деятель преклонного возраста сравнил выборы нынешнего года с выборами 1948 г. На тех первых прошедших после Второй мировой войны президентских выборах демократы поддержали Гарри Трумэна, республиканцы — Томаса Дьюи (Thomas Dewey), диксикраты (демократы из южных штатов, отколовшиеся от Демократической партии) выдвинули сенатора Строма Термонда (Strom Thurmond), а Прогрессивная партия — Генри Уоллеса (Henry Wallace), бывшего вице-президента при Франклине Рузвельте. Трумэн с минимальным преимуществом выиграл четырехстороннюю гонку. В заголовках крупнейших американских газет даже сообщалось о победе Дьюи, но на следующее утро выяснилось, что победил Трумэн.

Кроме Дональда Трампа и Хилари Клинтон, во всех штатах или в большинстве штатов в бюллетенях будут стоять имена еще двух кандидатов. Гэри Джонсон (Gary Johnson), бывший губернатор Нью-Мексико в течение двух сроков, является кандидатом от Либертарианской партии, Джилл Стейн (Jill Stein) — кандидат от Партии «зеленых». В недавнем опросе в избирательном округе штата Юта Джонсон получил 22% голосов, показатели Трампа и Клинтон немногим лучше.

Пока кандидаты борются друг с другом, проблемы проясняются: поскольку европейские и американские системообразующие банки находятся в очень трудном положении, закон Гласса — Стиголла — один из насущнейших вопросов для США. И некоторые здравые силы в Демократической и Республиканской партиях уже начинают этот факт осознавать.

www.larouchepub.com/russian

Fala

Рецензия на фильм «Игра на понижение» - Часть 1

Рецензия на фильм «Игра на понижение»

Всё, что случилось с нами, лишь пролог

11 января 2016 г.

Лучше времени для выхода «Игры на понижение» и быть не могло. Он мощно ворвался и в президентскую кампанию в США, и в надвигающийся новый финансовый кризис. Фильм Адама МакКея «Игра на понижение» позволяет заглянуть в мутный мир грязных финансовых махинаций, который вызвал финансовый крах 2008 г. и снова находится в процессе распада. Фильм хорошо сделан, он и смешной и горький. В нем играют звезды Голливуда, в том числе Брэд Питт, Стив Кэрелл, Кристиан Бэйл, Райан Гослинг и Мариса Томей, которые, надо отдать им должное, погрузились в мир торговли на Уолл-стрит, чтобы создать сильное воплощение бестселлера Майкла Льюиса. Однако монстр Уолл-стрит и в фильме, и в книге показан слишком узко и не вполне точно.

Отмена Закона Гласса — Стиголла 1933 г. в 1999 г. открыла возможности для масштабной финансовой спекуляции, которая является сюжетом фильма и лежит в основе кризиса 2007-2008 гг., вызванного обвалом ипотечного рынка. Закон Гласса — Стиголла, разделивший коммерческие и инвестиционные банки, действовал 66 лет, предотвращая коллапс подобно показанному в фильме. Банковские гиганты Уолл-стрит, от Citigroup до Goldman Sachs, организовали отмену Закона Гласса — Стиголла и создание последующих «пузырей». Этот аспект кризиса не рассматривается ни в книге Льюиса, ни в фильме МакКея, хотя МакКей и завершает фильм призывом «разукрупнить мегабанки». В реальном мире, если Закон Гласса — Стиголла не будет возвращен в ближайшее время и не будет начато восстановление промышленности в духе Линкольна и Рузвельта, вероятность того, что Соединенные Штаты переживут новый крах, невелика.


Плюсы: «крупный вклад «Игры на понижение»

«Игра на понижение» обнажает созданные за последние несколько десятилетий игроками Уолл-стрит гнусные аферы, которым были даны туманные названия, чтобы заманить глупых граждан в смертельные ловушки.

МакКей использовал яркие эпизодические роли голливудских актрис Марго Робби и Селены Гомес, а также знаменитого шеф-повара Энтони Бурдена, для введения в сюжет уморительных персонажей, чтобы быстро рассказать зрителям о тонкостях ценных бумаг, обеспеченных ипотечными кредитами (mortgage-backed securities, MBS), кредитных дефолтных свопов (credit default swaps, CDS), синтетических обеспеченных залогом долговых обязательств (synthetic collateralized debt obligations, CDO и SCDO) и других ведьминых зелий Уолл-стрит. Используя простые элементы, персонаж Райана Гослинга возводит шаткие структуры CDO, а затем обрушивает их, просто убирая несколько фрагментов. Кстати, именно это и случилось. Гомес и ее сообщники увлекают зрителя уморительной сценой за игорным столом, показывая соблазнительность побочных ставок на Уолл-стрит.

Фильм показывает, как «система» заманивала глупых простых американцев в ипотеку, которую они с трудом могли себе позволить, они даже набирали помногу ипотечных кредитов на одного! Стриптизерши подписывались на полдюжины ипотечных кредитов каждая, не имея ни малейшей способности их выплачивать; и всё для того, чтобы банки могли «секьюритизировать» их в ипотечные ценные бумаги и другие инструменты. Мошенники-продавцы облигаций, не моргнув глазом, продавали ценные бумаги, которые были чистым жульничеством.

И как раз когда вы начали представлять себя продавцами облигаций, «играющими на понижение против системы», МакКей заставляет Брэда Питта или Стива Кэрелла показать вам моральные и реальные последствия игры, направленной на развал экономики. Они жёстко описывают масштабную потерю рабочих мест, боль и страдание, которые вот-вот должны были обрушиться на страну.

«Хороших» персонажей в фильме нет. В пёстрой группе финансистов, сообразивших, что ипотечный пузырь и его производные должны были вот-вот лопнуть, вряд ли есть заслуживающие сочувствия люди. В фильме точно показана их решимость пожать плоды своего понимания рынка, чего бы это ни стоило. Как и в любой великой трагедии, в этом фильме нет героев, а есть только очень умные порочные аутсайдеры, стремящиеся «побить систему».


Минусы фильма

Один из прискорбных минусов и фильма, и книги в том, что они показывают финансовые махинации изнутри структуры. Если вы не озираете полную картину извне, то безнадежно запутаетесь в паутине обмана. Подлинной проблемой является характер всей трансатлантической финансовой системы, картелей Великобритании и Уолл-стрит, которые доминируют в западном экономическом мире почти три столетия. Их контроль прерывался только на время американской революции и президентского правления Линкольна и Франклина Рузвельта, а также на короткое время, когда президентом США был Дж. Ф. Кеннеди. В США правят бал такие системные институты, как JP Morgan Chase, Citigroup, Goldman Sachs, Morgan Stanley, Wells Fargo и Bank of America, а также хеджевые фонды, фонды инвестиций в частный акционерный капитал и другие их приспешники.

В последние двадцать лет их самым вопиющим деянием была отмена Закона Гласса — Стиголла 1933 г., который отделил коммерческую банковскую деятельность от инвестиционной банковской деятельности, страхования, хеджевых фондов и других более экзотических операций. Cужение сферы действия закона началось с приходом банкира из Morgan Алана Гринспена на должность председателя Федеральной резервной системы в 1987 г., а завершилось принятием Закона Грэмма — Лича — Блайли от 1999 г. (вообще отменившего Закон Гласса — Стиголла). Через шесть месяцев эти же банки протолкнули Закон о модернизации товарных фьючерсных контрактов в 2000 г. (Commodity Futures Modernization Act), дерегулировавший внебиржевую торговлю деривативами. Последним аккордом была отмена (в рамках Закона Грэмма — Лича — Блайли) нескольких разделов Закона о банковских холдинговых компаниях (Bank Holding Company Act) от 1956 г., который запрещал страховым компаниям входить вместе с инвестиционными банками в состав одной холдинговой компании.

Крах хеджевого фонда Long Term Capital Management в 1998 г. в результате спекуляции деривативами (в том числе российскими ГКО), которая финансировалась за счет кредитов от 55 коммерческих банков-членов Федеральной корпорации по страхованию вкладов (ФКСД), едва не погубил всю систему. В ответ Гринспен залил проблему деньгами, чтобы спасти систему. Когда в 2000 г. лопнул мыльный пузырь интернет-компаний, Гринспен резко понизил процентные ставки, что создало пузырь недвижимости и сопутствующий пузырь деривативов. Под лозунгом «либерализации» шайка воров воздвигла здание «секьюритизации», которое к 2007 г. выросло до сотен триллионов долларов в деривативах, главным образом на балансе банков-членов ФКДС.

Этот механизм и является подлинной темой событий 2005-2008 гг. периода, в котором происходит действие «Игры на понижение». Первые обеспеченные залогом долговые обязательства были созданы Майклом Милкеном (Michael Milken) из Drexel Burnham Lambert в 1980-х гг., до того как его отправили в тюрьму. Первый кредитный дефолтный своп был выпущен по инициативе банкира JP Morgan Блайт Мастерс (Blythe Masters) в 1990-х гг., а синтетическую облигацию, обеспеченную долговыми обязательствами, придумали в Goldman Sachs в середине 2000-х гг., чтобы дополнительно «диверсифицировать риск», т.е. увеличить объём средств в игре.

Создание финансового пузыря в 2000-2008 гг. было организовано банками Уолл-стрит. По словам специалиста по деривативам Дженет Таваколи (Janet Tavakoli), «банки предоставляли продажным ипотечным кредиторам кредитные линии и упаковывали кредиты в частные ценные бумаги, обеспеченные жилищной ипотекой (RMBS), не имеющие гарантий государственных агентств. Крупнейшими ипотечными кредиторами в 2005-2007 гг. были Long Beach (сегодня входит в JP Morgan Chase) с объёмом кредитов 65 млрд долл., Wells Fargo Financial (52 млрд долл.), Chase Home Finance в составе JP Morgan Chase (30 млрд долл.), CitiFinancial (часть Citigroup) с 25 млрд долл. и Wachovia (позже вошедший в группу Wells Fargo) с 17 млрд долл. Countrywide (в настоящее время в структуре Bank of America) была крупнейшим источником низкокачественных кредитов, объём которых составлял 97 млрд долл. JP Morgan, Bank of America и Citibank предоставили кредитные линии, которые сделали крах возможным. Вторым по величине источником низкокачественных кредитов был Ameriquest Mortgage (80 млрд долл.). JP Morgan, Bank of America и Citibank предоставили денежные средства» (Decisions: Life and Death on Wall Street, стр. 29).

Citibank выдал кредитные линии Bear Stearns, а JP Morgan Chase крупные кредитные линии банку Lehman Brothers. У Lehman были кредитные линии объёмом почти 190 млрд долл. от всех крупных американских и иностранных банков для выдачи низкокачественных кредитов и выпуска MBS. Вся эта деятельность была бы запрещена Законом Гласса — Стиголла.

Кроме того, если бы Закон Гласса — Стиголла не был отменён, кризисов в Lehman, Merrill Lynch, Bear Stearns и других т.н. «чистых инвестиционных банках» не было бы. В состав холдинговых компаний всех трех структур входили коммерческие банки-члены ФКСД, и все они рухнули в 2007 г. (Пэм Мартенс (Pam Martens), постоянный автор Интернет-сайта Wall Street on Parade, опубликовала много статей по этой теме, в том числе недавнюю “Larry Summers Lectures Bernie Sanders”). Если бы Закон Гласса — Стиголла применялся, то этим компаниям было бы запрещено заниматься масштабным созданием деривативов и торговлей ими, которая привела к краху 2007 г.

Кроме того, если бы Законом Грэмма — Лича — Блайли не были отменены соответствующие разделы Закона о банковских холдинговых компаниях, то не произошло бы и крушения AIG, которая находилась в центре машины деривативов. По словам Мартенс, «В период кризиса 2008 г. AIG была владельцем AIG Federal Savings Bank члена ФКСД. Кроме того, AIG принадлежала 71 американская страховая компания и 176 других компаний сектора финансовых услуг в разных странах мира, в том числе AIG Financial Products (AIG FP), которая и обрушила всю компанию, продавая кредитные дефолтные деривативы (Wall Street on Parade, 30 декабря 2015 г.).

Окончание

www.larouchepub.com/russian

Fala

1. Евросоюз - проект Британской империи

Уважаемые читатели! На фоне дебат о политике Украины относительно Евросоюза и глубокого кризиса самого ЕС (в рамках глобального системного кризиса) появился русский перевод ранее неопубликованного исследования А. Дугласа "Европейский Союз - проект Британской империи".

Европейский Союз — проект Британской империи

Аллен Дуглас

Предисловие

1.Британская империя в новом обличье
2.Эпоха Трумэна в Европе
3. Монне и корни глобализации (а)
3.Монне и корни глобализации (б)
4.После войны (а)
4. После войны (б)
5.Монне — автор Римских договоров

Приложение 1. Европейский Союз — дитя англо-голландской парламентской системы
Приложение 2. Мировое правительство олигархии
Приложение 3. Монне и Уэллс — от транспортных картелей к мировому правительству

Предисловие

Предлагаемый вашему вниманию материал был подготовлен в 2008 году с целью выявить подводные камни консолидации Европейского Союза в рамках Лиссабонского договора, подписанного в 2006 году. Эти материалы не утратили актуальности и подробно освещают процесс постепенного создания Европейского Союза как ступеньки на пути к мировому владычеству Британской империи, планы которого вынашиваются со времен окончания Второй мировой войны и осуществляются через финансовую олигархию лондонского Сити и Уолл-стрита.

Совсем недавно, 26 марта 2013 года, лидер социалистической партии Португалии Мануэль Алегре, дважды баллотировавшийся на пост президента, опубликовал статью в журнале Jornal i и обвинил ЕС в создании гигантского концентрационного лагеря по нацистским лекалам, в особенности для стран Южной Европы. Бывший министр экономики Италии Джулио Тремонти в недавно вышедшей книге Uscita di Sicurezza («Аварийный выход») пишет о «финансовом фашизме», навязываемом через Европейский Союз.

«Наблюдаемые в Европе и некоторых других странах мира тенденции, если их не осознать и решительно пресечь, есть лишь начало процесса перемещения реальной власти за пределы республиканской демократии, в сферу неписаного да сегодня и нет нужды оформлять его законодательно — Ermachtigungsgesetzзакона о чрезвычайных полномочиях. Идею правления чрезвычайными мерами в свое время пропагандировал Карл Шмитт и, повторяю, через чрезвычайщину проталкивается новый фашизм, экономический фашизм, «белый» фашизм»[1].

Новый фашизм — прямой наследник фашистских режимов Гитлера, Муссолини и Петена, Франко, и прочих. Чтобы остановить его и спасти его сегодняшние и будущие жертвы — в США и в России в том числе — нужно знать историю его возникновения, знать врага в лицо.

*   *   *   *

Выступая в интернете 10 октября 2007 года, американский политический деятель и экономист Линдон Ларуш заявил: если человечество не хочет на века погрузиться в новые темные века, США должны вернуться к своей системе общественного кредита, заложенной в конституции страны. Опираясь на общественный кредит можно победить смертельного врага всего человечества — Британскую империю, сердце которой в лондонском Сити, духовном наследнике средневековой венецианской «диктатуры международных финансов»[2]. Освободившиеся от чумы Буша/Чейни/Обамы Соединенные Штаты могут вернуться к Американской системе отцов-основателей, идеям президентов Линкольна и Франклина Рузвельта. США тогда смогут создать союз четыре держав — США, России, Китая и Индии, и тем самым разорвать оковы Британской империи, предложив миру Новую Бреттонвудскую международную денежную систему. При таком мироустройстве все страны обеспечат собственный суверенитет, контролируя свой государственный кредит.    

Collapse )

Fala

5. Евросоюз - проект Британской империи

Европейский Союз — проект Британской империи

Аллен Дуглас

Предисловие
1.
Британская империя в новом обличье
2.Эпоха Трумэна в Европе
3.Монне и корни глобализации (а)
3.Монне и корни глобализации (б)

4.После войны (а)

4.После войны (б)
5.Монне — автор Римских договоров

Приложение 1. Европейский Союз — дитя англо-голландской парламентской системы
Приложение 2. Мировое правительство олигархии
Приложение
3. Монне и Уэллс — от транспортных картелей к мировому правительству


5.Монне — автор Римских договоров

    Еще до ухода из ЕОУС 10 февраля 1955 года Монне строил планы более масштабной интеграции Европы, чем позволяло Объединение угля и стали. «Монне продолжал вести разговоры о новом плане, наделявшей Высший руководящий орган гораздо большими полномочиями, чем просто управление резервами угля и стали, предполагалось создание надгосударственных механизмов, роль которых будет решающей в единстве шести стран Западной Европы: транспортное сообщество, атомный и топливный пулы, экономическое сообщество… Падение Мендес-Франса 6 февраля 1955 года [сыгравшего ключевую роль в блокировании Европейского оборонительно сообщества] открывало возможности создания объединенной Европы»[64].

   

Collapse )